Marguerite and Armand

После падения железного занавеса в СССР возникла балетная «новая волна» хореографов-симфонистов, переживших впечатления от балетов Баланчина. А на Западе, наоборот, проснулась любовь к многоактным костюмным балетам-драмам, вдохновленным советскими спектаклями.

Фредерик Аштон

После того как советский балет начали выпускать на гастроли, наступила эра балетных беглецов. Запад­ные журналисты назвали это «прыжками к свободе»: советские солисты выез­жали на заграничные гастроли с труппой в сопровождении «пастухов» из КГБ, но умудрялись сбежать от надзора и попросить политического убежища.

Первым таким беглецом в 1961 году стал солист ленинградского Кировского (сейчас Мариинский) театра Рудольф Нуреев. Из Парижа он перебрался в Лондон, где его пригласила в партнеры Марго Фонтейн, 43-летняя прима театра Ковент-Гарден. Специально для дуэта любимой Лондоном балерины и сенсационного советс­кого беглеца хо­реограф Фредерик Аштон сочинил «Маргариту и Армана». В основе сюже­та — «Дама с камелиями» Дюма (она же «Травиата»).

Балет шел всего полчаса: щадя силы немолодой балерины, Аштон сделал ставку на эмо­циональность и панто­мимные сцены. Сюжет балета намечен пунктирно: уже умирая, Марга­рита вспоминает прошлое — жаркие дуэты с Арманом и пожи­лых поклонни­ков. Сила этого балета в его дуэтах — эмоциональных и мелодра­матических. Фонтейн и Нурееву было где, если использовать выражение XIX века, дать страсть. Именно память об их дуэте заставляет современных танцовщиков по-прежнему любить этот немолодой спектакль.

©2018 Olga Naumova project ⊗ Best-Guest.co.uk

Log in with your credentials

Forgot your details?